Сумерки богов. Хроники Эрры. Книга первая - Питер Чарски

Думай, сука, думай!

За дверью Церкви валялись тела стражников. Кровь уже впиталась в пыль, оставив темные пятна. Через пару часов тут будут только мухи и вопросы, на которые никто никогда не ответит.

Нужна ложь. Мол, Боло что-то говорил. Что-то важное, перед самой смертью. Что-то про Викса…

– Стойте, – выдохнул он. – У меня есть информация. Про заговор. Про тех, кто хочет убить вашего… нашего великого магистра.

Ферриты замедлили шаг. Один бросил ему в спину:

– Консул ясно сказал, что нам с тобой делать.

– Он не знает того, что знаю я! – Инбар изо всех сил старался быть убедительным. – Боло перед смертью… Он говорил вещи. Важные вещи. Про врагов Викса. Про то, что планируется, если он захочет взять трон… Это все ловушка!

Ферриты переглянулись. Сомнение – крохотная трещинка, но в нее можно вбить клин.

– Убьете меня – и Викс никогда не узнает, кто готовит ему эту ловушку. И что это за ловушка! А когда его прирежут, вас вздернут на той же веревке, что и его убийц. Хотите рискнуть?

Все трое остановились, но Инбар боялся обернуться. Долгая пауза. Он чувствовал, как пот течет по спине ручейком. Сумрак вокруг сгущался, превращая мир в серое месиво пляшущих теней.

– Пойдем, – наконец решил старший из ферритов. – Пусть Викс сам решает. Но если ты нас провел, клянусь Феррой, я буду убивать тебя очень медленно!

Выиграл время. Минуту, может, две. Или три. Теперь надо придумать, какую хрень впарить этому коротышке, чтобы он поверил.

В конце концов, разница между правдой и убедительной ложью только в том, что ложь – это всегда интересная история. А в историях Инбар был мастер.

                                         * * *

Письмо было таким же липким от сырости, как и все остальное в этом проклятом тумане. Эли Арбалетчик из северного Нотхерна развернул пергамент, морщась от боли в пальцах, – утренний холод превращал старые раны в тлеющие угли.

– Что там Пальчик нацарапал? – спросил Дуба, один из его сотников, сплевывая желтоватую слюну в грязь.

Эли прочитал вслух, смакуя каждое слово:

– «Друзья! Предлагаю перемирие. Мои люди уходят на юг. Ваши остаются здесь. Никто не умирает зря».

Лагерь арбалетчиков взорвался хохотом. Кто-то из солдат схватился за пах, изображая, как Викс Хелена обмочился от страха.

– Маленький Пальчик испугался и побежал домой! – заорал Эли, размахивая письмом. – Видать, не хочет увидеть, как мы утыкаем жопы его рыцарей болтами!

Северяне загоготали еще громче. Эли повернулся к походной колонне конницы, выстраивавшейся перед их лагерем. Рыцари в грязных плащах сидели на лошадях неподвижно, как статуи. Странное зрелище – обычно эти напыщенные ублюдки любили покрасоваться.

– Эй, Дуба, – Эли ткнул заместителя локтем, – глянь-ка, как они строятся. Прямо парад какой-то.

– Пусть маршируют отсюда. – Дуба пожал плечами. – Чем дальше уйдут, тем меньше вони.

                                         * * *

В двух лигах к югу Меридон Умный чувствовал, как холод проникает сквозь промокшую одежду прямо в кости. Рядом епископ Нару Восточный сидел на корточках у догорающего костра, пытаясь отогреть окоченевшие пальцы. Поодаль Каспар Тас-Хас дрожал так сильно, что его зубы стучали, как кастаньеты.

– Сколько еще? – просипел Нару, закутанный в три плаща.

– Вон видишь башню? – Меридон указал на серый шпиль Церкви Духа, торчащий из тумана. – Час езды, может, меньше.

– Если лошади не сдохнут, – буркнул один из оптиматов. Их осталось шестеро – остальные отстали, заблудились или просто решили, что их жизнь им дороже.

Откуда-то с севера донесся странный шум. Меридон нахмурился. Звук был похож на… Нет, не может быть. Кто будет сражаться прямо у Церкви Духа?

– Всадники, – прохрипел Каспар, указывая на дорогу.

Отряд конницы приближался к ним рысью. Человек пятнадцать, может, больше. Меридон прищурился: вроде бы плащи Нового Ордена, но что-то было не так в том, как они держались в седлах.

                                         * * *

Эли все еще смеялся, когда рыцари по какому-то незаметному сигналу развернулись. Движение было настолько слаженным, что северянин на мгновение залюбовался: как одна длинная стальная змея, свернувшаяся для броска. Конница Викса развернулась с отточенной грацией парадного строя. Двести всадников выстроились в линию, словно на смотре перед каким-нибудь напыщенным лордом, а не перед боем.

– Оружие! – заорал кто-то из арбалетчиков.

– Стоять! – рявкнул Эли. – Они просто выпендриваются перед…

Солдаты-северяне со своего бивуака наблюдали за маневром с тупым интересом зевак. Длинные мечи-эстоки синхронно вышли из ножен с металлическим шепотом. Сотня стальных игл, жаждущих крови.

– Твою мать, – выдохнул Дуба.

Сигнальный рог взревел, и волна конницы устремилась на них. Эли успел увидеть, как первый всадник – молодой рыцарь с пустыми глазами под ферритским шлемом с козырьком – проткнул эстоком бегущего арбалетчика. Меч вошел в спину и вышел из груди, пробив тело в кольчуге, словно тряпичную куклу.

– К оружию! К оружию, суки! – Эли бросился к своему арбалету, но споткнулся о ножки выставленного щита-павезы.

Волна стали и мускулов обрушилась на лагерь, как прилив на песчаный замок. Арбалетчики разбегались, врезаясь в щиты, спотыкаясь о чужие трупы, прячась в палатках.

– Пощады! – кричал какой-то несчастный, упав на колени.

Рыцарь пронесся мимо, небрежно махнув мечом. Голова покатилась в грязь, а тело еще пару мгновений стояло на коленях, будто продолжая молить о милосердии богов, которым было насрать.

Эсток входил в спину бегущего с мерзким чавканьем. Всадник выдергивал клинок и искал следующую цель. Никакой злобы, никакого азарта – просто работа. Лагерь превратился в бойню, а сражение – в забой скота. Всадники Викса не кричали, они просто молча резали бегущих пехотинцев.

Конница не замедлилась, пока не прошла весь лагерь. Двести пятьдесят всадников неслись вперед единым организмом, оставляя за собой кровавую кашу из тел и изрубленных надежд.

                                         * * *

Меридон стоял у своей лошади, которая потеряла подкову и теперь поджимала ногу, наблюдая приближение кавалерии с тупым недоумением человека, который проснулся и обнаружил, что его дом горит. Рядом оптиматы потягивали вино из мехов, обсуждая вчерашнюю остановку на постоялом дворе.

– Красиво идут, – заметил один из них. – Викс умеет муштровать своих головорезов…

Слова застряли в горле. Потому что Меридон Умный вдруг понял. Понял с кристальной ясностью обреченного: они не остановятся. Они несутся сюда. За ними. Это конная атака.

– К оружию! – заорал он, но голос утонул в топоте копыт.

Оптиматы – эти надменные ублюдки в расстегнутых латах, с разряженными кайлашами и похмельными рожами – зашевелились, как старые черепахи. Кто-то полез за мечом. Кто-то попытался натянуть кирасу. Кто-то просто стоял с бурдюком вина в руке, не веря в реальность происходящего.

Нару Восточный, великий магистр по завещанию Боло, так и не узнавший о том, что ему достался орденский трон, успел только открыть рот для какого-то приказа, когда эсток пробил ему горло. Кровь хлынула на белый плащ с символом Ордена – красное на белом, как насмешка над их святостью.

Каспар Тас-Хас Младший попытался убежать. Споткнулся, налетел на собственный меч и скорчился в грязи. Всадник феррит проехал по нему конем – хруст